«Шляпников спрашивал, почему Остапенко не мог работать после моего дня рождения»

На прошедшем чемпионате мира Сергей Гранкин установил рекорд среди российских волейболистов — первенство мира в 2018 году стало для него четвертым в карьере. И до вылета в Италию наша съемочная группа сделала с капитаном сборной интервью, в котором вы узнаете:

— какие у него любимые кроссовки и сколько пар требуется в год
— сколько денег он тратит в год на экипировку
— Asics — технический спонсор сборной: плюсы и минусы
— как шутит Шляпников
— о жести с допингом на Олимпиаде в Рио
— где и как он провел самый долгий отпуск в карьере


Фото: gettyimages.com

– Какая нагрузка на тренировочных сборах была перед чемпионатом мира?

– Две тренировки в день – причем, достаточно тяжелые. Все для того, чтобы набрать физическую форму. Утром – зал и тренажеры, а вечером – игровой зал.

– В тренажерном зале вы используете максимальные веса или нет?

– Конечно, да.

– Я думал, что вы с максимальными весами не работаете, ведь на площадке нужно быть координированным.

– Нет, обычно начинаем втягиваться с легких нагрузок, потом – сложнее. А перед играми постепенно снижают нагрузки, чтобы подойти на пике к турниру.

– А что скажешь про Шляпникова? Я слышал, он – довольно жесткий тренер. Как он сейчас работает с национальной сборной?

– Он был жестким, когда я играл у него в Ярославле 7 лет в молодежной сборной. Тогда было тяжко… А сейчас времени много прошло, думаю, каждый переоценил свою работу, свое отношение. Не знаю. Лично мне комфортно с ним работать.

– Слышал, что Шляпников в «молодежке» устраивал проверки на следующий день после Нового года. Заставлял команду кувыркаться через весь зал, проверяя «вестибулярку». А еще какие-нибудь веселые моменты были?

– Да много всего было (смеется). У меня же день рождения в январе, и мы с Лехой Остапенко постоянно вместе жили, когда играли в Ярославле. И Шляпников все время спрашивал: «Гранкин, почему после твоего дня рождения Остапенко тренироваться не может?» Это было всегда – на протяжении семи лет!


Фото: Кинаш Спорт

– Мы вам привезли подарочную сумку с экипировкой Nike. Я так понимаю, любимые кроссовки тоже этой фирмы?

– Да, я все время играю в Nike – уже как лет семь. Там удобная для меня колодка. Я много в чем играл, но остановился на одной модели – Nike KOBE.

– А Nike KOBE – это любовь с первого взгляда и на всю жизнь или до них что-то другое пробовал?

– Нет, до них у меня кроссовки Mizuno были. Я уже не помню точно, какая модель – высокая на липучке.

– А сколько пар кроссовок необходимо в сезоне?

– Где-то четыре. По две пары - на полгода. Получается, у нас две тренировки в день, и мы задействуем разные пары утром и вечером.


Фото из личного архива Сергея Гранкина

– А как они разнятся по техническим характеристикам?

– Я играю в «супинаторах». На утренних тренировках в тренажерном зале нет смысла их задействовать, поэтому надеваю какую-нибудь обувь пожестче. А вечером на площадке задействую «супинаторы». Это все зависит от прыжковой нагрузки.

– В тренажерном зале с большими весами в каких кроссовках удобно?

– Да сейчас уже столько кроссовок придумали, и со специальными пятками, чтобы присед делать со штангой. Я просто также тренируюсь – в Nike KOBE, они пожестче.

– А относительно высокого или низкого голеностопа, что можешь сказать?

– Под «супинаторы» я использую низкие. В высоких я играл несколько лет, но потом перешел на низкие.

– Кто из сборной играет в высоких?

– Сейчас у нас более популярны «половинки», чтобы косточку закрывали.

– У тебя обе пары - это Nike?

– Конечно, я сразу начал с Kobe и до сих пор в них играю.

– А в сборной или в клубе с партнерами не обсуждал предпочтения?

– Всем нравятся разные модели. Но в основном, все играют в Nike. Сейчас сборную экипирует Asics. Честно, нам как-то экипировка не очень… Но игровые кроссовки пацанам нравятся.

– А почему тебе не нравится?

– Не знаю, для меня все кроссовки узкие. А Nike – широкие, как раз мне по ноге.

– А как происходит выбор моделей? Мы анализировали: на Лиге Наций наши сборники играли в Asics. Причем, не в новых, а в старых моделях. Только Клюка играл в новых Asics GEL-NETBURNER BALLISTIC FF.

– Изначально каждый выбирает понравившиеся модели в интернете. Asics привозит, волейболисты пробуют и все. На самом деле, я тоже так KOBE выбрал, попробовал одни, вторые, третьи. Поиграешь неделю и для себя понимаешь: твои это кроссовки или нет!

– А не важно, в каких кроссовках играть, если у команды контракт с Asics?

– Ну у кого-то же есть привилегии! (смеется). На самом деле, на протяжении пяти лет мы с Серегой Тетюхиным играли в Nike, когда у сборной был спонсор Mizuno. У японцев был основной контракт на обувь, и фирма была категорически против. Но у нашей федерации получалось договариваться, мы заклеивали логотип и играли в Nike.

– Прям заклеивали? А чем? Скотчем, лентами?

– Да, пластырем. Или закрашивали белой краской.


Фото: Elsa

– Финансовый вопрос: сколько тратишь на экипировку в сезоне?

– Ну вообще нам экипировку выдают, но на кроссовки я могу много потратить – я люблю разнообразие. В Бостоне живет мой друг, и я частенько через него заказываю кроссовки. Поэтому могу сказать, что американский Nike и европейский Nike – это вообще две разные вещи! В сезон на экипировку могу тысяч двести потратить.

– Двести?! Это же на что столько денег уходит?

– Четыре пары кроссовок по 15 тысяч. Еще поддевка, носки, костюмы.

– А носки, костюмы не сборная экипирует?
– Нет, сборная тоже экипирует, но все равно там, грубо говоря, 10 пар на сезон – это мало.

– А ты какие носишь? 
– Да представляешь, вообще недавно для себя слаксы открыл. Вот такие короткие носки. Сейчас только в них хожу.

***

– Читал твое большое интервью про Олимпиаду в Лондоне, которое ты давал «Советскому спорту». Там ты очень много рассказывал про травмы Волкова и Михайлова. У самого травм тогда не было?

– Были. Я же и пропустил Кубок Мира в 2011 году. Сильно воспалился коленный сустав.

– Сейчас все нормально?

– Да, сейчас все в норме. Понятно, что не так все нормально — не как у обычного человека, но пока играется, все в порядке.

– А на Лигу Наций почему не вызывали?

– Была договоренность, что мы отдыхаем. Я 11 лет играл в сборной без отпуска, и поэтому мы со Шляпниковым договорились, что коммерческие турниры будем пропускать. А уже потом готовиться к основным соревнованиям.


Фото из личного архива Сергея Гранкина

– Удалось отдохнуть?
– Да! Я два с половиной месяца был в отпуске. Первый потратил на то, чтобы в Москву перебраться из Белгорода – вещи перевозил. Потом съездил навестил родителей, и уже после – с семьей полетели на отдых в Италию – местечко недалеко от Болонии. В пляжку играл с друзьями почти каждый день. И чемпионат мира по футболу там смотрел. Кстати, видел около 70% матчей!

– Не тяжело было втягиваться в работу после такого отдыха?
– Поначалу да. Это же мой самый длинный отпуск в карьере. И сейчас понимаю, что надо было пораньше собой заняться. Хотя тренеры нас плавно втянули.

– В отпуске мог позволить дать себе слабину?

– Да как-то пришел домой, открыл холодильник, а там банка колы стоит. Так я чуть не соблазнился! Очень хотелось выпить, но я удержался – оказалось, что это жена купила. Нам, конечно, никто не запрещает есть, что хочешь. Но другой вопрос – надо ли это? Все-таки приходиться держать себя в форме. 

– Вопрос относительно звания ЗМС. Сейчас это очень живая тема. Мусэрский и Гамова очень недовольны, что футболистам дали звания ЗМС. А что думаешь про это ты?

– Я хоть и рад за ребят. Они показали очень хороший футбол и всех болельщиков порадовали. Но так получается, что звание, действительно, обесценивается, поэтому становится обидно. Обидно, но не удивительно. Понятно, что там есть поправки, но я считаю, ЗМС – это высшее достижение в спорте.


Фото из личного архива Сергея Гранкина

– Чемпионат мира пока не выигрывали, а вот Олимпиаду взять удалось. Какая запомнилась больше всего? Если не брать золото в Лондоне.

– Первая моя была в Пекине, было очень досадно проиграть в полуфинале американцам. Потом, когда время проходит, ты разбираешь, оцениваешь… Там же реально можно было зацепиться и за первое место! Вот в Лондоне звезды сошлись, я пару раз пересматривал этот матч, и мне все время казалось, что третью партию мы проиграем. По ощущениям бразильцы были во всех элементах сильнее, просто за счет духа и характера вытянули . В Рио тоже по-своему запомнилась Олимпиада. Мне кажется, могли быть в призерах, но, наверное, в себя не до конца поверили.

– Рассказывали, что в Рио очень много спортсменов грабили. Город такой суровый?

– Ну на самом деле грабили тех, кто жил не в Олимпийской деревне. Таких было много, и они в основном попадали в такие переделки. А в олимпийской деревне охрана была очень серьезная.

– Ну в Бразилии хоть удалось погулять по городу?

– Нам запрещали выходить, потому что обстановка криминальная была. Вдобавок еще эта допинг-эпидемия, которая на всю сборную навалилась. Мы в основном только на базе находились и никуда не выезжали.

– С допингом все так жестко было?

– Была очень непонятная ситуация до отъезда, которая, как мне кажется, частично повлияла на результат. Мы до последнего не понимали, поедем или нет, буквально за два дня до отъезда все разрешилось.

– А вы где находились? Здесь в Новогорске?

– Да, в Новогорске. А потом, когда приехали в Рио и легли спать, нас рано утром подняли – в 5 утра уже пришли допинг брать. Сначала взяли первую группу игроков, на следующий день – вторую.

– То есть, прям поднимали?

– Да, поднимали, долбили в дверь, чуть ли не выламывали. И вот так конвоем заводили на допинг. Это было обязательно, и никто не мог отказаться от проб. Если отказался – тебя дисквалифицируют. Даже если ты «чистый».

– Вопрос про тренеров. Алекно и Шляпников – разные люди, чем они отличаются, и влияет ли это на атмосферу в команде?

– Не могу сказать, чем отличаются. К каждому тренеру игроки по-разному расположены. Но дисциплина – это основа и у того, и у другого.

– А в эмоциональные моменты игры как они себя ведут? Ты говорил ранее в интервью, что Алекно никогда не матерится. А Шляпников ведет себя каким образом? Может крепкое словцо вставить?

– Да и Алекно может, просто тренер тоже должен понимать, когда это можно сделать и нужно ли это делать. Конечно, каждый может на эмоциях сказать, тем более сами видели, какие бывают игры. Не каждый игрок может себя контролировать, потому что эмоции взрываются, и выплеск может быть каким угодно.